Общество

Золотая земля: ростовские погорельцы до сих пор не знают, где жить

Больше месяца прошло после пожара в Ростове-на-Дону: ростовчане, потерявшие жилье, до сих пор не знают, где будут жить. Из-за бюрократических проволочек решение вопроса затягивается. Люди собирают подписи под письмом президенту и депутатам, записывают видеообращение и самостоятельно обустраивают свой быт.

 


Первую помощь получили не все

Сегодня статус погорельца получили более 700 человек, потерявших жилье в районе Театрального спуска. Часть из них живет у родственников, кто-то снимает квартиру, тех, кому некуда идти и у кого нет денег на съемное жилье, временно разместили в гостиницах «Звезда» и «Западная».

– Я жила по адресу Крепостная, 28 –  все сгорело, –  рассказывает Валентина Кощеева. –  Поселили в гостиницу «Звезда», на полгода, а что потом, не знаю, наверное, пойдем с детьми жить под мостом. У меня один ребенок питается утром, другой вечером, потому что приготовить негде. Кухни нет, а чайники, микроволновки запрещают, стирать негде, вещи хранить тоже.

Тем, кто ушел на квартиру, полегче, но оплачивать ее (минимум 15 тысяч рублей) приходится из собственного кошелька. Некоторым предлагали поселиться в общежитиях или в квартирах фонда вторичного жилья – согласились единицы. Люди отказываются, потому что там условия оставляют желать лучшего, к тому же далеко от работы, школы, а главное – чиновники поставят галочку и забудут про них, решив, что вопрос решен. Из-за этого многие предпочитают жить в гостинице – чтобы быть на виду.

Rostov 12 12Пожар в Ростове-на-Дону: жители не сомневаются, что это был поджогБольшая семья Багдасарян, состоящая из шести маленьких семей, предпочла разместиться на съемных квартирах. Несколько домов, расположенных на общем участке по Чувашскому переулку, сгорели раньше, 7 августа. Повезло, что их приравняли к остальным погорельцам. С Радмилой и ее племянницей Аленой мы встретились у пункта выдачи гуманитарной помощи.

– Таких пунктов несколько, но мы знаем только на Буденновском, 40. Здесь помощь от благотворительных организаций, время от времени сюда подвозят новые партии. Берут кому что нужно, мы последний раз получили шампуни, порошки, школьные принадлежности. В этот раз, говорят, детские вещи привезли, нам нужны подгузники, – рассказала Радмила. – Приходим сами, узнаем о новых поступлениях через знакомых. Никто не оповещает, поэтому кому как повезет, одним, например, достались микроволновки.

Областное правительство сообщило, что из всех уровней бюджета погорельцам выплачено 86 миллионов рублей — по 20-30 тысяч рублей единовременных выплат и по 100 тысяч рублей в качестве компенсаций по утрате жилья. Как рассказали сами пострадавшие, в основном получили по 50 тысяч рублей, те, кто был прописан в сгоревших домах. Некоторым удалось получить еще и 100 тысяч, по какой системе одним их дают, а другим – нет, никто понять не может.

– Мы жили по Чувашскому, 14, этот дом сгорел самый первый, – говорит Елена Буйлова. – Прошел месяц – многие получили выплаты, я, например, с дочкой даже 10 тысяч не получила. Испорчен паспорт, целую неделю его восстанавливала за свои деньги. Нам сказали, что проверяют, на каком основании он был заменен.

 

Бюрократия измучила людей

С первых дней пожара были составлены списки пострадавших, которым довольно быстро дали справки, подтверждающие статус погорельца. Сгоревшие паспорта большинству помогли восстановить тоже в относительно короткие сроки, а с остальными документами началась бюрократическая чехарда.

– Мы с мужем в официальном браке 12 лет, сейчас доказываем, что он проживал со мной, – делится наболевшим Ольга Гордеева. – Потому что он был прописан в другом месте, и ему отказывают в выплатах. Нам не дают акт о том, что сгорел наш дом и что он не пригоден для проживания. А еще от нас требуют уведомление о расчистке нашего участка. А мы его не подписываем – сейчас мой дом сравняют с землей, как я потом докажу, что он там был, поэтому и акт не выдают, получается замкнутый бюрократический круг.

Ростовчанин Олег Чилялин поселил у себя дочь, которая жила с 88-летней бабушкой на Нижнебульварной, 119. Пожилая женщина сейчас находится в гостинице, а дочь, по его словам, просто достали маразмом.

– Одни и те же бумаги оформляют по нескольку раз – то фамилию неправильно напишут, то еще что-то. У нее есть документы, подтверждающие, что она собственница, а ей говорят: «Найдите хотя бы трех человека, которые подтвердят, что вы там жили». Требуют акт, что это жилье непригодное. У вас, говорят, другая фамилия (вышла замуж) – докажите, привезите свидетельство о рождении. Представители администрации просят подтвердить, что из мебели в каком углу стояло, – это что за маразм? – возмущается Олег Чилялин.

 

Никому ничего внятного не говорят

В этом районе за многие годы накопилось масса документальной неразберихи, в том числе и по вине сотрудников различных госструктур. Сейчас это затягивает решение жилищного вопроса.

Татьяна Спорынина 14 лет назад купила квартиру на Седова, 171, адрес значился в паспорте, на него приходили квитанции ЖКУ. Но только после пожара выяснилось, что такого дома нет, а есть 171\6.

– Видимо, паспортистка так меня вписала, а я это узнала только сейчас. Мою собственность признают, но дома, по которому я прописана, получается, не существует. Мне выдали две справки – одну о том, что я купила квартиру в 171 доме, вторую о том, что дом №171 нигде не зарегистрирован, как и земельный участок под ним. В справке погорельца указан №171\6.

По словам Татьяны Спорыниной, у ее соседей обратная история: по документам числятся сгоревшими два дома, 178 и 178\4, а на самом деле сгорел один дом, который значится под двумя номерами. У других отсутствуют документы, подтверждающие право на приватизацию или прописку. Из-за всех этих бюрократических тонкостей затягивается решение вопроса с жильем для погорельцев, а чиновники не знают, как поступить.

– Представитель администрации нам сказала, что в Ростове такой пожар – первый, и они на нас будут учиться, что в таком случае делать, – сказала Радмила Багдасарян.

В пресс-службе городской администрации подтвердили, что решения по дальнейшему расселению будут приниматься индивидуально по каждому человеку. Когда – никому неизвестно. Кроме того, региональное правительство сообщает, что в октябре Заксобранию области предстоит принять закон о дополнительных механизмах, направленных на защиту жилищных прав пострадавших.

 

Выжидают все

Между тем завалы понемногу расчищаются. Так, в переулке Чувашском освобожденное пространство обнесли забором. Местных жителей беспокоит, не начнется ли на пепелище строительство нового жилья.

– После пожара по просьбе администрации мы навели порядок: спилили деревья, огородили свою территорию, которая нам принадлежит, – пояснила бизнесмен Елена Наумова. – Там будет пешеходная зона, спуск к Дону. Строительство возможно, но в будущем, пока не разрешают ничего строить. Что именно может появиться на этом месте, не могу сказать – документы находятся на согласовании в городской администрации.

Елена Наумова рассказала, что они ведут переговоры с чиновниками в течение четырех лет. Сначала они хотели построить здесь частную поликлинику – городские власти не разрешили, потом индивидуальные жилые дома – тоже не разрешили, потом магазин – не разрешили. Она же подтвердила, что вместе с супругом как частные лица они все это время выкупали здесь земельные участки – целиком и доли у собственников. Скупили также почти всю землю у компании «Мегаполис», которая расселила часть людей, собираясь построить ТЦ, но разорилась. По мнению собеседницы издания, вопрос приобретения земли затянулся по вине собственников, многие из которых запросили слишком высокую цену.

Сегодня Наумовы единственные представители бизнеса, кто открыто контактирует с живущими там людьми, не скрывая своих намерений. Они также утверждают, что не имеют никакого отношения к компании «Вертол Девелопмент», строящей в районе Театрального спуска ЖСК «Тихий Дон».

– Мы тоже находимся в режиме ожидания, свои предложения городской администрации сделали, а они уже будут рассматривать. Мы тоже остались заложниками ситуации: когда покупали, не знали, что так произойдет, – говорит Елена Наумова.

Сейчас с ростовским пожаром неразбериха во всем, поэтому все выжидают. Но если чиновникам и бизнесменам можно не спешить, то для погорельцев каждый день ожидания – это дополнительные нервные и финансовые затраты. В минувшую пятницу они на общем сходе собрали подписи под письмом, которое направят президенту, а также во фракцию КПРФ и ЛДПР. Погорельцы готовы договариваться с властями, чтобы получить за свои квартиры либо выплаты, либо компенсации, но им ничего не предлагают. А жилищный сертификат они называют большим обманом. Люди находятся в отчаянии, которое накапливается, но еще не переполнило чашу терпения

 

 
Партнеры:
Loading...
Похожие материалы