Политика

Что произошло в Армении?

Республиканская партия Армении (РПА), имеющая большинство мест в парламенте, поддержит кандидатуру оппозиционного депутата и лидера протестов Никола Пашиняна на пост премьер-министра «во имя стабильности в стране». Напомним, ранее из-за протестов общественности с этого поста ушел Серж Саргсян, который до этого десять лет руководил страной на посту президента. Экономист Дмитрий Прокофьев в своей авторской колонке на ПРОВЭД рассказывает о том, что произошло в Ереване.

 


Что-то случилось

События в Армении оказались неожиданными для российской аудитории. На протяжении нескольких дней центральные телевизионные каналы практически игнорировали протесты в Ереване, а как известно, чего не показывают по телевизору, того для среднего россиянина не существует.

Поэтому новость о том, что премьер-министр Армении подал в отставку, мотивируя это признанием своих собственных ошибок, оказалась столь ошеломительной. При этом критика действий армянской оппозиции с российской стороны оказалась минимальной, а официальный спикер внешнеполитического ведомства высказалась в том смысле, что Россия уважает выбор армянского народа.

Формальная канва событий выглядит следующим образом. Президент Армении Серж Саргсян находился на своем посту на протяжении десяти лет. Своей политической карьерой он обязан военным заслугам в Карабахе и президенту Кочаряну, которого он сменил в 2008 году.

В 2018 году президентские полномочия Саргсяна истекали, и в 2015 году он предпринял довольно очевидный политический ход – на Конституционном референдуме граждане Армении проголосовали за новую Конституцию, согласно которой пост президента становился церемониальным, а властные полномочия сосредотачивались в руках премьер-министра, выдвигаемого правящей партией. Вооруженные силы должны были подчиняться правительству, а верховным главнокомандующим во время войны становился премьер-министр.

Само собой, выступая с инициативой конституционной реформы, президент Саргсян утверждал, что не собирается становиться премьером. Однако, когда дело дошло до выдвижения на должность главы правительства, от своего обещания он фактически отказался. И что-то пошло не так.

 

Повод для дискуссий

Претензии Саргсяна на сохранение власти стали поводом для выступления парламентской оппозиции. В начале апреля ее лидер Никол Пашинян заявил, что в любом случае Саргсян должен уйти – десяти лет на президентском посту вполне достаточно, и даже по новой Конституции срок президентских полномочий не может превышать семи лет, без права переизбрания. 14 апреля парламентское большинство выдвинуло Саргсяна на пост премьера. А уже 15 апреля оппозиция вывела людей на улицы.

Поначалу Саргсян прореагировал вполне традиционно – заявил, что партия Пашиняна получила на выборах «7-8% голосов и не имеет права говорить от имени народа». Однако протесты нарастали с каждым днем, на улицы Еревана выходило все больше людей, и 23 апреля, буквально на следующий день после того, как премьер отказался вести переговоры с оппозицией, Серж Саргсян раскаялся в ошибках и подал в отставку.

Как же так? Ведь всего за несколько недель до начала протестов официальный рейтинг Саргсяна превышал 70%, и его партия действительно имела большинство, причем завоеванное на вполне конкурентных выборах. Как вообще могли случиться массовые протесты, куда смотрела тайная полиция и осведомители Саргсяна. Почему вообще революция всегда начинается «вдруг»?

 

Внезапность революции

Ответ на это вопрос можно найти в работах американского экономиста Тимура Курана. Не торопитесь ориентироваться на результаты опросов, предупреждал Куран. Общество может находиться на грани взрыва, а граждане будут уверять, что они всем довольны. Почему так происходит? Потому, объяснял Куран, что у человека есть мнения, которыми он делится с другими, и мнения, которые он оставляет при себе. Если они различаются, это значит, что человек говорит одно, а думает другое.

Почему он так поступает? Потому что выгоды и издержки, связанные с выбором публичных предпочтений, зависят от выбора, который делают другие люди. Уличный протест – самый яркий пример публичной демонстрации своих истинных предпочтений. Если человек видит, что он протестует не один, то его желание высказать все, что он думает на самом деле, растет. Соответственно, страх остаться в одиночестве будет сдерживать его оппозиционную активность.

Однако протеста самих граждан, для того чтобы сменить власть, очевидно, будет недостаточно. Против них (по идее) должны «встать стеной» солдаты, полицейские и другие вооруженные отряды власти. Причем в Армении поначалу шло именно по этому сценарию – полиция сохраняла лояльность и разгоняла митингующих. Почему вдруг люди с оружием (в Армении это были военные) отказали властям в повиновении?

На этот вопрос отвечал экономист Милан Сволик, автор теории о «нетрансферабельных инвестициях». Любое решение в своей жизни, говорит Сволик, есть инвестиция. Выбор занятия – тоже инвестиция, отдача от нее может быть разной. Успешность выбора профессии оценит рынок. Но есть инвестиции, которые Сволик называет трансферабельными – например, специальность врача: она пригодится при любом политическом режиме.

Иначе выглядит ситуация для человека, вступившего в карательный отряд. Его искусство орудовать дубинкой и наручниками может пригодиться только при определенных политических обстоятельствах, поэтому инвестиции в соответствующую профессию мы назовем «нетрансферабельными». Зато успешность этих инвестиций определит не рынок, а действующая власть. Но если выяснится, что власть не может предложить своим защитникам решающих долгосрочных преимуществ, то их мотивация к защите такой власти резко снизится.

 

Верный ход

Оппозиционер Никол Пашинян сделал очень точный политический ход – он не требовал ни смены правящего режима, ни наказания коррупционеров во власти, ни корректировки внешнеполитического курса. Он сфокусировал критику на личности единственного человека, действительно нарушившего свои публичные обещания. Пашинян поставил своих противников в ситуацию, когда им предстояло очевидно рисковать, защищая благополучие и власть премьер-министра, бывшего президента.

Хорошо, мы защитим Саргсяна, рассуждали его потенциальные сторонники, но так ли уж будет велик наш выигрыш? Что такого предложит лично нам наш премьер, чтобы мы рисковали кровавым конфликтом и собственным благополучием? В этой ситуации элита заколебалась, и именно это колебание заставило премьер-министра отказаться от борьбы за главный пост. Протест Пашиняна открыл окно возможностей для очень многих представителей политической верхушки Армении, претендующих на высшую политическую власть, и этого оказалось достаточно, чтобы действующая власть дрогнула.

Случившееся совсем не означает, что Армения моментально придет к процветанию и благополучию. Протесты продолжаются, исход политического кризиса неясен. Но главный урок, который нужно извлечь из опыта Армении всем политикам, не рассчитывайте на подтасованные цифры опросов и публичную «лояльность». Все может измениться стремительно.

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Похожие материалы