Экономика

Может ли Россия «отключить» Европе газ?

Тот, кто рассуждает о «газовых войнах», скорее всего, не знает, что рубежным этапом для российского газового бизнеса в Европе стал не 2014 год с его санкциями, а 2012 год. Этот год запомнился аналитикам стремительным падением цен на… уголь. Причина была в увеличении предложения на рынке – в Европу повезли уголь из США. Экономист Дмитрий Прокофьев в своей авторской колонке рассказывает о сложившейся ситуации на газовом рынке. Что мы упускаем в «газовой» гонке?

 


Ключевой момент

Вы спросите – где уголь и где газ, и как они связаны между собой? И уголь, и газ могут использоваться в энергетике, служить топливом для электростанций. В 2012 году в самой большой экономике мира – американской – дешевый сланцевый газ начал вытеснять уголь. Естественно, продавцы угля начали искать новые рынки, самым очевидным был рынок Европы. Дешевый американский уголь «приехал» на европейский рынок, но что же произошло со спросом на газ?

Очевидно, спрос на газ начал снижаться – вместо сравнительно дорогого на тот момент российского газа европейская энергетика «пересела» на дешевый американский уголь. Если снижается потребление газа, то на него должны снижаться и цены.

Надо сказать, что «Газпром» решил действовать примерно так, как в подобных случаях раньше действовала ОПЕК, – решил уменьшить предложение газа на рынке. Все эти «газовые войны», вспыхнувшие в 2014 году, в первую очередь преследовали одну цель – спровоцировать подъем цен на «голубое топливо». Однако цены остались прежними, а «Газпром», по ряду экспертных оценок, потерял около 4 миллиардов долларов недополученной прибыли.

Попытки заставить цены вырасти продолжались целый год, однако в начале 2015 года стратегия изменилась: в компании справедливо рассудили, что если цены не растут, а деньги нужны, лучше компенсировать снижение цены увеличением объема продаж. Именно поэтому в последние два года объемы сбыта российского газа в Европе оказались рекордными. Они превысили и максимальные, и средние значения за предыдущие пять лет. В 2016 году в Европу прибыло 178,3 миллиарда кубометров российского газа.

 

Смена стратегии

Более того, сейчас «Газпром» очень активно продает свой газ на европейских торговых площадках (хабах) и по рыночной цене, даже не пытаясь манипулировать рынком. Об этом не расскажут по телевизору, там предпочитают рассуждать о росте поставок российского газа в Европу и о зависимости европейской экономики от российской нефти.

Это верно, но с существенным уточнением. Например, российская экспортная статистика показывает увеличение экспорта газа в Великобританию. А вот британская импортная статистика никакого увеличения не видит. Почему так происходит? Потому что «Газпром» продает свой газ собственной дочерней компании, зарегистрированной в британской столице, и российская таможня фиксирует «место назначения» – Великобритания.

Но на самом деле лондонский офис газпромовской «дочки» никакого газа в Британию не ввозит. Он заключает договора на поставку принадлежащего ему объема газа где-нибудь на континенте, в той же Германии, куда этот газ и приходит. По каким ценам – это уже другое дело. Очевидно, что по рыночным или даже ниже – лишь бы продать.

Причина такого эффективного поведения «Газпрома» на рынке – это конкуренция, истинный двигатель прогресса. А реальный конкурент российского газа на европейском рынке – американский сланцевый газ. Тот самый газ, существование которого так долго отрицали в российской газовой монополии.

Американские газовые запасы, объем которых оценивается в 49 триллионов кубометров, сопоставимы с российскими. Для их рентабельного извлечения достаточно цены на уровне 140 долларов за 1000 кубометров (недорого по сегодняшним меркам). Планируется, что в 2021 году потенциал мощности экспорта американского СПГ превысит 100 миллиардов кубометров.

До наступления эпохи сланцевого газа цены на газ на европейском, азиатском и американском рынках, не связанных между собой, значительно различались – и уровнем, и динамикой. Но сейчас низкие цены на сланцевый газ держат сравнительно низкий уровень цен на газ «вообще» фактически по всем миру.

Кроме того, превращение Америки из импортера газа в его экспортера оказало сильное влияние на российские газовые проекты в Арктике. Ведь предполагалось, что покупателями «арктического газа» из России станут именно США. Но сейчас оказалось, что Штаты продают, а не покупают газ.

Для того, чтобы оживить арктическую газодобычу, российские власти предоставили операторам проекта «Ямал-СПГ» небывалые привилегии, включая полное освобождение от налогов. Но обеспечит ли масштабная господдержка триумф российского сжиженного газа – никто не знает. Так же, как никто не знает, кто будет покупателем такого газа.

 

Китайский вопрос

Зато газ покупают китайцы. И все мы знаем, что трубопровод «Сила Сибири» с пропускной способностью в 38 миллиардов кубометров, был позиционирован именно как «ответ Европе». Так, собственно, и рассказывали публике, объясняя, что 38 миллиардов кубометров, умноженные на 20 лет поставок, умноженные на стоимость одного куба, – это «сумасшедшие деньги».

Именно так и было написано в техническом обосновании проекта: по чистому доходу проект должен был окупиться через 22,5 года. А вот по чистому дисконтированному доходу (он показывает величину денежных средств, которую инвестор ожидает получить от проекта, после того, как денежные притоки окупят его первоначальные инвестиционные затраты и периодические денежные оттоки, связанные с осуществлением проекта) «Сила Сибири» не могла окупиться вообще, и никто этого не отрицал. Но политическая составляющая показалась важнее экономической.

Кроме того, чтобы экспортировать 38 миллиардов кубометров надо добывать минимум 42 миллиарда кубометров – ведь из недр извлекается не «чистый газ», а сложная смесь, включающая 7% азота, этан, бутан и другие компоненты. Для того, чтобы обеспечить обещанный Китаю газовый поток, необходимо задействовать сразу несколько месторождений, а это новые «трубы» и инфраструктура. И даже когда вся она будет построена, кто даст гарантии, что Китай выполнит все обещания по закупкам газа именно по той цене, которая устроит «Газпром»? Альтернативы-то у поставщика не будет, а значит, такой поставщик окажется сильно зависим от причуд покупателя. А вот у Китая альтернативные источники есть – включая тот же сжиженный газ с Аляски.

 

Газовый кран и конспирология

Что это означает для «Газпрома» на практике? У российской компании есть множество преимуществ, включая огромные запасы газа, его сравнительно низкую себестоимость и господдержку. Добавьте сюда долгосрочные контракты на поставку и гибкую стратегию на рынке (пример – торговля через хабы). Плюс российский газ действительно дешевле сжиженного газа из Америки. И у российской корпорации есть большой потенциал снижения издержек.

Правда, все эти преимущества являются таковыми по отношению к европейскому рынку. «Газпром» обеспечивает треть этого рынка. Это много, но ни один прогноз не обещает роста спроса на газ в Европе – в лучшем случае текущий объем потребления сохранится еще лет на двадцать. «Газпрому» предстоит борьба за сохранение клиентов и расширение доли рынка в условиях его стабилизации. А победа в этой борьбе может быть достигнута за счет низкой цены (и низкой себестоимости).

Зачем в этом случае увеличивать свои издержки, оплачивая строительство новых трубопроводов? Допуская конспирологическую версию о том, что пустив «через Германию» три четверти своего газового экспорта, Россия получит рычаг для давления на эту страну («закроем кран»), нужно признать, что и Германия станет «контролером» российского экспортного крана. Да, закрытие такого крана будет крайне неприятно для Европы – треть ее нужд в газе обеспечивается «Газпромом». Но для России, которая продает 85% своих энергоносителей в Европу, и оттуда же получает 80% необходимого оборудования, реализация подобного сценария (закрытие крана) – это экономический коллапс.

Парадоксально, но «ассиметричным» российским ответом и на санкции, и на сложную ситуацию на европейском газовом рынке было бы не ожесточенное строительство очередного газопровода, а участие «Газпрома» в строительстве терминалов для приема СПГ в Европе (раз уж он все равно туда идет), а также интерконнекторов на границах между европейскими странами. Максимальное развитие газовой инфраструктуры в Европе объективно выгодно российской корпорации – она перестанет быть монополистом в любом случае, но на конкурентном рынке сразу же получит преимущество – благодаря своей низкой себестоимости газа. А вот какими мотивами руководствуются те, кто фактически пытается повысить себестоимость российского газа, вкладываясь в строительство газопроводов, – это настоящий повод для конспирологических теорий.

 

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Похожие материалы