Экономика

Маниловщина Персидского залива

На территории Арабских Эмиратов может появиться «зерновой хаб» для «обеспечения стабильных поставок российского зерна в страны Персидского залива и всего Ближнего Востока», заявил недавно министр торговли и промышленности РФ Денис Мантуров. Подобные проекты Россия неоднократно обсуждала с различными арабскими странами. В 2010 году – с Саудовской Аравией, с 2014 года – с Египтом, в начале 2017 – с Бахрейном. Что такое этот «хаб» и для чего вообще нужна подобная перевалочная база в арабских странах Персидского залива?

 


Без импортного зерна никуда

Однозначного и отчетливого понимания того, что должен представлять из себя подобный объект, пока нет ни у самих чиновников Минпромторга, ни у зерновых производителей и экспортеров, ни у экспертов. Должен ли это быть вновь построенный элеваторный комплекс, или уже существующее зернохранилище, или перегрузочный терминал в порту, неизвестно.

Даже трактовка концепции «зернового хаба» у арабов и россиян сильно разнится. Арабы понимают данный объект как некий накопитель, куда будет стекаться импортируемое из России зерно и откуда оно постепенно в необходимых объемах будет распределяться на территории региона.

Для государств Персидского залива и в целом Ближнего Востока и Северной Африки задача бесперебойного зерноснабжения – одна из составляющих более широкой и крайне актуальной проблемы обеспечения продовольственной безопасности. В этих странах, с их практически неконтролируемой экспонентной рождаемостью, неблагоприятными для ведения сельского хозяйства условиями и огромными продовольственными субсидиями, до 90% продовольствия поступает извне.

В арабских странах Персидского залива зерно практически не производят. В крупнейшей арабской экономике – Королевстве Саудовская Аравия – еще в 2010 году была принята программа постепенного сворачивания к 2017 году собственного выращивания зерновых из-за истощения пригодных для орошения водоносных слоев и полного перехода на импорт. Для решения этой задачи в королевстве был составлен перечень наиболее привлекательных стран, куда могли бы направляться связанные инвестиции в АПК для выращивания, переработки и последующего экспорта сельхозпродукции в государство-инвестор. В список этих стран входила и Россия.

 

Российско-китайский опыт

Российскую сторону, видимо, вдохновляет именно такой подход. Во всяком случае единственный проект аналогичного «хаба», который Россия сегодня пытается реализовать с Китаем в Забайкальском крае, выстроен по этой инвестиционной модели. Он ориентирован на российское зерно, производимое за Уралом, и предполагает выстраивание всей производственно-сбытовой цепочки как на территории РФ, так и в Китае. Зерновой логистический коридор Россия-Манчжурия должен состоять из 30 объектов, в том числе зернового терминала и 29 элеваторов в разных регионах РФ, которые будут работать на обеспечение поставок. Реализация проекта рассчитана до 2025 года, а суммарные инвестиции в него должны составить свыше $1,1 млрд.

Вероятно, именно такое видение проекта – инвестиции в российскую инфраструктуру в обмен на гарантированные экспортные поставки зерна – и предлагается заливным арабам.

 

Переговоры идут давно

При этом арабы отдают себе отчет в логичности и целесообразности подобной бизнес-модели. Им достаточно хорошо известна ситуация с портово-логистическими ограничениями зернового экспорта из России как на каспийском, так и на черноморском направлениях.

Переговоры о потенциальных саудовских инвестициях в сферу производства, переработки, перевалки и транспортировки российского зерна до порта Джидды велись между ответственными сельхозчиновниками обеих стран в 2009-2011 годах. Их безрезультатность явилась следствием выдвинутого саудовцами жесткого условия о гарантированных поставках не менее 1 млн тонн зерна в год – обязательство, которое российская сторона не готова была на себя взять. Напугало саудовцев и введение временного запрета на экспорт зерна из России из-за неблагоприятных погодных условий, действовавшего с августа 2010 года по август 2011 года. А после начала сирийских событий в 2011 году обсуждение данного проекта вообще прекратилось из-за ухудшения политического климата в российско-саудовских отношениях.

Отношения между ОАЭ и Россией значительно менее подвержены влиянию политической конъюнктуры, в этом плане совместный зерновой проект более надежно защищен от рисков. Однако, если Саудовская Аравия как один из крупнейших потребителей российского ячменя была непосредственно заинтересована в импорте фуража из России, в случае с ОАЭ и Бахрейном – странами с несопоставимо меньшими внутренними рынками – дело обстоит совсем иначе.

 

Нужен ли нам хаб за границей?

Экспорт зерна из России в течение последних нескольких лет неуклонно возрастал. В 2016 году общий объем зернового экспорта (включая зернобобовые культуры) в страны дальнего зарубежья достиг 34,5 млн тонн, что на 10,8% больше, чем в 2015 году, и на 12,6% больше, чем в 2014 году. Зерновой рынок Ближнего Востока и Северной Африки (БВСА) – один из самых больших в мире. При этом страны БВСА являются крупнейшими потребителями российского зерна, входя в двадцатку ведущих импортеров. На их долю приходится не менее 35% всего российского зернового экспорта.

Основные ближневосточные покупатели российского зерна – это черноморские, средиземноморские и красноморские страны, куда сельскохозяйственный импорт из России идет из Новороссийска и малых портов Азово-Черноморского бассейна. После завершения строительства Крымского моста и ожидаемого снятия санкций портово-перевалочные мощности на Черном море будут увеличены за счет портов Крыма, об использовании которых сегодня уже ведутся осторожные переговоры.

Для поставок в Иран сегодня используется каспийский маршрут, и для развития данного, а также азиатского направлений внешней торговли планируется создание Каспийского транспортно-логистического хаба на базе Махачкалинского морского торгового порта. Если давний российско-иранский проект сооружения Трансиранского канала через территорию Ирана будет реализован, Россия получит прямой выход в Персидский залив, откуда грузы, следующие через Россию, будут доставляться в страны Южной и Восточной Азии (ЮВА), минуя Суэцкий канал. Эти страны уже сегодня конкурирует с традиционными ближневосточными и африканскими импортерами российского зерна. Потребление зерновых в них растет довольно высокими темпами. Как ожидается, спрос только на пшеницу в регионе ЮВА к 2020 году вырастет приблизительно на одну треть. По данным UkrAgroConsult, в сезоне 2016-2017 годов поставки российского зерна в страны Южной, Восточной и Юго-Восточной Азии выросли на 60% и составили около 3 млн тонн, что вполне сопоставимо с объемами ближневосточного зернового экспорта из России.

С этой точки зрения наличие перевалки для российского зерна в любой арабской стране Персидского залива становится не только бессмысленным с экономической точки зрения, но и прямо противоречит новому стратегическому вектору азиатского развития России в обход единственного на сегодняшний день логистического коридора через Суэцкий канал. Для чего в подобных обстоятельствах российские чиновники упорно навязывают арабским государствам Персидского залива идею создания «зернового хаба» на их территории, остается только гадать.

 

 
Партнеры:
Loading...
Похожие материалы