Россия может потерять до 10 миллионов тонн зерна

Из-за нехватки элеваторов, уборочной техники и низкого качества зерна Россия может потерять до 10 миллионов тонн зерновых в этом году, предупреждают эксперты. Несмотря на рекордные урожаи, проблема хранения до сих пор не решена.

 

Где хранить рекордный урожай?

Несколько лет подряд в России собирают рекордные урожаи зерновых. Только в прошлом году урожай составил 117 миллионов тонн. Согласно ожиданиям Минсельхоза РФ, валовый сбор зерна в нынешнем году также превысит 100 миллионов тонн. Средний прогноз – 113 миллионов тонн, из них около 68 миллионов тонн придется на пшеницу.

– Но рекордные урожаи нужно кому-то продавать и где-то хранить. В прошлом году из-за недостатков хранения страна списала 10 миллионов тонн. Часть урожая будет традиционно потеряна и в этом году, и доля потери зерна будет расти, – прогнозирует старший аналитик агентства «Альпари» Анна Бодрова.

Анна Бодрова называет несколько причин таких огромных потерь. Основная – нехватка мощностей для хранения. По словам аналитика, суммарная мощность хранения в целом по стране не превышает 115 миллионов тонн. При этом надо учитывать переходящие из года в год нереализованные запасы.

По информации президента Российского зернового союза Аркадия Злочевского, ежегодно накапливается от 12 до 16 миллионов тонн переходящих запасов. Эксперт в области сельского хозяйства при ТПП Ростовской области Юрий Корнюш говорит, что точную цифру такого зерна никто не назовет, так как сельхозпроизводители, прячась от уплаты налогов, скрывают истинные объёмы.

При этом большинство зернохранилищ устарели: у 40% элеваторов отмечается серьёзный износ. Новые зернохранилища почти не строят, так как это нерентабельно – срок окупаемости около 20 лет. Приходится поддерживать старые, что называется, «латая дыры».

– Дошло до того, что зерно держат в амбарах, на складах, которые не предназначены для долговременного хранения. Это влияет на его качество, так как отсутствует необходимый уровень влаги, проникает пыль, насекомые. Зерно портится, и часть продовольственного превращается в фуражное, которое менее ценно, – говорит Анна Бодрова.

Аркадий Злочевский обращает внимание на то, что иногда распределение мощностей хранения не соответствует производственной базе. В Московской области, к примеру, элеваторы стоят полупустыми, а в регионах, где оно производится, хранилищ остро не хватает.

– Сейчас востребована перевалка в порту: сегодня в основном там и устанавливаются новые элеваторы – инвестиции вернутся быстрее. Как правило, это иностранные инвесторы. Например, под Азовом международная группа компаний Louis Dreyfus Commodities построила новый зерновой терминал, вложив 2 миллиарда рублей. В области около 80 элеваторов, общий объём хранения в них – 12 миллионов тонн, но даже этого не хватает. Поэтому постройка мощных, современных, с минимальным энергопотреблением элеваторов – первоочередная задача отрасли, – отмечает собеседник.

 

Хромает качество

Зерно в России изначально низкого класса, преимущественно четвёртого, продолжает Анна Бордрова, по этой причине покупатели зачастую отказываются от его приобретения. Как это было, например, с Египтом, когда разворачивали танкеры прямо на воде. А это наш стратегический партнёр. Еще есть Турция.

– Формально она вернулась на российский рынок. Но внутри турецкие нормативы таковы, что стране можно приобретать у России не больше четверти зерна без пошлины. Турция может уменьшить покупки, а это приведёт к его переизбытку на внутреннем рынке, которому столько не требуется, – предрекает эксперт.

Зерновые экспортёры сегодня заработают меньше, чем год назад. Раньше добиваться маржи помогал фактор слабого рубля. Сегодня ситуация иная: укреплённый рубль снизил доходность сельхозпроизводителей.

– К маю 2017 года внутренние цены на продовольственную пшеницу 4 класса упали и достигли уровня лета 2016 года. На новый урожай цены на ФОБ составляют в среднем $170-173 за тонну, а это почти так же, как год назад. А доллар в июле 2016 года стоил 68 рублей, сегодня – 58 рублей. Это значит, что придётся уступать в ценах на мировом рынке и терять в собственном заработке, – говорит Анна Бодрова.

Кроме того, дорожает энергия, топливо, запчасти для техники. По словам аналитика, затраты производства в расчёте на гектар могут вырасти в среднем на 12-15%.

 

Не все так плохо

По мнению Анны Бодровой, потери зерновых связаны также с банальной нехваткой комбайнов по причине недоступности их покупки.

Впрочем, эксперт в области сельского хозяйства при ТПП Ростовской области Юрий Корнюш не согласен с этим. По его словам, технологичность уборочной техники увеличилась, поэтому много комбайнов не требуется.

– При уборке сегодня потерь практически нет – современные комбайны ничего не оставляют. Я в советское время работал на комбайне, тогда потери за счёт техники старого образца доходили до 30%. И самих машин нам хватает, сегодня не обязательно покупать комбайн, можно взять в аренду на период уборки, – отмечает эксперт.