Экономика

Что мешает малому бизнесу выходить на внешние рынки?

Рост несырьевого экспорта – одна из целей, обозначенных Владимиром Путиным в недавнем послании Федеральному собранию. Через шесть лет его объем должен вырасти вдвое – до 250 млрд долларов в год. Минпромторгу поручено расширить поддержку вывоза российской продукции, особенно инновационной и высокотехнологичной, за рубеж. Однако экспортеры сомневаются в эффективности господдержки. По мнению Дмитрия Балаболина, главного конструктора предприятия AEF, производящего оборудование по акустической заморозке продуктов питания, выходу малого и среднего бизнеса на простор мирового рынка мешают оторванность чиновников от торговой практики и комплекс неполноценности по отношению к иностранным технологиям.

 


Стартовые невозможности

– Прежде всего, надо удалить барьер для вхождения на иностранный рынок – финансовый барьер. Когда вы только выходите на зарубежный рынок, то продаете по чуть-чуть. Вы не можете сразу стартовать с грузовиков. Приведу реальный пример: я продал в Финляндию одну тонну защитной краски, произведенной в России инновационным предприятием. Рейс грузовика до Финляндии стоит примерно 2,5 тысячи евро, и отгрузка одной единственной паллеты в сборном грузе стоит столько же. Если я продаю краску фурами, стоимость доставки составит 10% от стоимости груза, а если попытаюсь продавать паллетами (ведь у меня ее не берут сначала фурами), цена доставки превысит цену груза. Долгое время я должен компенсировать эти затраты за свой счет. Но у меня нет таких денег!

Еще я должен перевести всю информацию о продукции на упаковке на другой язык, выпустить точно такую же банку, но с английским текстом. Однако я не могу выпустить одну банку – мне нужно выпустить тысячу, чтобы их стоимость была более-менее приемлемой.

Я получал от финнов деньги сложнейшим путем, потому что наши и финские банки не имеют прямых отношений по приему денег. Пришлось получать через банк корреспонденцию другого банка, что многократно все запутало.

Иностранцы, которые у меня покупают, – небольшие клиенты. От них требуется сумасшедший уровень желания купить мой товар, чтобы преодолеть эти проблемы. Естественно, у них его нет, ведь они нормальные покупатели. Все это отсекает производства, которые стартуют на чужом рынке с небольшими партиями товара.

Плюс еще требуются маркетинговые усилия. Для выхода на иностранный рынок вам надо понимать, что на нем происходит, какая продукция продается, сколько она стоит, какого качества, какова сумма дистрибуции, как товар попадает на полки магазинов, какие виды краски закупают для покраски заднего кронштейна «мерседеса»... Надо знать, как на этот рынок вы можете попасть. Есть механизм участия в выставках. Но выставка демонстрирует вашу продукцию неопределенному кругу лиц – неизвестно, купят у вас что-то или нет. Для тех, кто уже давно на рынке, выставка – это встреча со старыми клиентами, но на старте вам надо походить по магазинам и провести исследование. А значит, нужен человек со знанием языка, который несколько месяцев собирает информацию и нанимает квалифицированный персонал.

 

Малым экспортерам нужен дом

Решаются все эти проблемы просто – организацией единого торгового дома с единой логистикой для всех российских производителей. По сравнению, по крайней мере, с Китаем мы делаем отличные мясные и куриные полуфабрикаты. При этом еду производит именно малый бизнес. Конечно, есть «Останкино» и «Черкизово», но также и огромное количество маленьких цехов. Они не в состоянии доехать до Китая, организовать там торговый дом, снять склад. Каждый из них в отдельности не может преодолеть экспортный барьер. Они либо должны между собой договориться, как сделала Valio, объединившая 26 тысяч фермеров в кооператив, или государство должно создать для них торговый дом. Но этот процесс должен возглавить не чей-то сын, а человек, который что-то куда-то когда-то продавал и чувствует, что это такое.

Бюджет должен субсидировать непрерывное движение грузов до офисов торгового дома в Берлине или Гамбурге. Допустим, каждую неделю туда приходит сборный грузовик, а экспортеры платят за доставку по цене сборника: 200 евро за паллету (в грузовик входит 30 паллет). Если государство откроет такую «лавочку» со складом, то небольшие производители смогут включиться в экспортную цепочку. Если же такой, заранее организованной, цепочки нет, все усилия по поддержке экспорта обычной продукции будут тщетными.

 

Промышленный комплекс неполноценности

Мы выпускаем самый крутой в мире морозильник, который стоит 25 тысяч долларов, и можем себе позволить оплатить сборный груз. Но мы – единичный случай. Обычно все начинают с дешевой продукции, с топоров и вил. Если кубометр вашей продукции стоит 20 тысяч долларов, вы ее продадите за границу, но такую продукцию у нас в России почти никто не выпускает.

Есть программа по трансферту технологий в Россию. Вопрос: а зачем нам сюда трансфертить технологии? Мы уже делаем лучшие в мире холодильники, производим самое дешевое и лучшее в мире защитное покрытие, которым пользуются все строители, делаем охрененные ракеты, ядерные реакторы и лучшие сосиски, как ни странно. Зачем помогать каким-то иностранцам продавать сюда свои технологии вместо того, чтобы помочь нашим производителям наши технологии продать туда? Это называется «комплекс неполноценности».

 

Далеки от народа

Российский экспортный центр не помогает малым и средним предприятиям. Например, мне надо продать в Европу морозильник. РЭЦ готов спонсировать европейскую сертификацию моей продукции. Но сначала я должен сделать все документы, изготовить опытные образцы, заплатить за сертификацию, и лишь затем центр обещает компенсировать мне эти затраты – 400-500 тысяч рублей. Однако у меня нет гарантии, что они это сделают. У них нет обязательства компенсировать мне затраты по первому требованию. Я должен заплатить, а потом они в течение нескольких месяцев вернут мне деньги или не вернут. Риски – огромные.

Раньше они заявляли, что готовы оплачивать сертификацию постфактум, а после Нового года сказали, что готовы делать это заранее. Отлично! Но что сегодня? А сегодня мне отвечают: «У нас нет никаких документов, мы переходим на новый вариант и ничего не компенсируем».

РЭЦ прорабатывает какие-то маршруты доставки на экспорт. Но все это – не для малого бизнеса, а для «Газпрома». Когда у тебя есть контракт на поставку ста грузовиков, это актуально. Но они знать не знают, что волнует малый и средний бизнес.

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Похожие материалы