Экономика

1917 - 2017: сто лет внешней торговли по-русски - I выпуск

В 2017 году исполняется сто лет с двух революций, после которых жизнь миллионов людей в России изменилась круто и навсегда. Нынешний год обречен на проведение параллелей в силу притяжения внимания к столетию Октября. Хотя первая из революций - буржуазная - произошла еще в феврале, а весь год в целом полон значимых событий. Необратимые изменения произошли и во внешне-экономической деятельности. На долгие годы новое государство, отказавшееся отдавать старые долги, оказалось в экономической блокаде, - куда более серьезной, чем нынешние санкции.

1917-1927: битва за право на торговлю 

Нас интересует не только сам 1917 год, а весь столетний отрезок истории применительно к ВЭД. В цикле статей расскажем о наиболее значительных событиях и деятелях в этой области. Начнем с первого десятилетия 1917 - 1927: создание Минвнешторга в 1918 году и его первый глава - человек и ледокол - нарком Красин. Учреждение госмонополии на внешнюю торговлю (ГМВТ). Экспорт достиг дна и идет вверх. Американские трактора Генри Форда. США - главный партнер. От экономической блокады к дипломатическому признанию.

kash1

Пожалуй, самый известный советский фильм о внешней торговле СССР начала 20-х годов - "Начальник Чукотки". Он про то сложное время, когда старая система уже была вне закона, но где-то еще продолжала действовать. В дальних уголках страны у кормушки еще оставались царские таможенники. Не всем им было "за державу обидно", некоторым совсем даже наоборот. И вот 17-летний писарь едет вместе с комиссаром на Чукотку устанавливать там советскую власть и советскую же торговлю. В пути комиссар умирает от тифа. Юноша остается вместо него, фактически оказываясь начальником Чукотки.

Сценаристы опирались на реальные факты, описанные в прессе тех лет. Вообще вся ситуация с внешней торговлей тех лет отражена в этой чукотской истории. Кадры - опытных мало, они уже немолоды и, подорвав здоровье в тюрьмах и ссылках, умирают, порой от непонятных причин. Им на смену идут совсем неопытные, но идейные и горячие. Эти молодые не знают правил игры, поэтому порой устанавливают свои правила. В итоге все даже и получается, но на этом пути они набивают много шишек и не только на свои головы...

 kash3nach

 

ГМВТ: на ВЭД устанавливается госмонополия

Всего через несколько месяцев после октябрьской революции, в апреле 1918 года был издан Декрет СНК РСФСР "О национализации внешней торговли". Все внешнеторговые операции теперь могут производиться только через специальные государственные экспортно-импортные внешнеторговые объединения. Аббревиатура ГМВТ это и есть - государственная монополия внешней торговли. В том же 1918 году 29 мая появился и профессиональный праздник - день рождения таможенной системы. В этот день издан Декрет  "О разграничении прав центральной и местных Советских властей по собиранию пошлин и о регулировании деятельности местных таможенных учреждений".

stolet1917 - 2017: сто лет внешней торговли по-русски - II выпуск

Монополизацию внешней торговли в советском государстве Ленин в своих статьях называл необходимой мерой защиты. По убеждению вождя, в условиях капиталистического окружения советской страны невозможно регулировать ее внешне-экономическую деятельность только одними таможенными пошлинами. Те же США, Великобритания и другие капстраны обладают куда большими средствами. Они легко могли бы задушить промышленность молодой советской республики, наполнив рынок страны доступными и качественными товарами. Против товарной интервенции мы бы оказались бессильны, - слишком неравны возможности.

На место легко обходимых таможенных пошлин и многочисленных разрозненных запрещений ввоза отдельных товаров пришло планирование внешнего торгового оборота СССР, связанное с планированием всего народного хозяйства Союза. Связь внешней торговли с внутренним хозяйственным положением страны в последнее время подчеркнута слиянием в один двух комиссариатов: внутренней и внешней торговли. Некоторые историки полагают, что причиной скорого введения ГМВТ стал Брест-Литовский мирный договор. Весной 1918 года правительство очень опасалось предпринимателей Германии. Во-первых, из-за того, что до войны эта страна была главным импортером товаров в Россию (в 1913 году 47% всех импортных товаров привозилось в Россию из Германии). А еще из-за того, что мирный договор предоставил немецким торговцам большие привилегии.

Реакция Запада на введение советской властью ГМВТ была болезненной. Это стало едва ли не основной причиной того, что западные государства несколько лет не признавали новую Россию на дипломатическом уровне. Еще одной важной причиной, впрочем, было нежелание советской республики платить долги царского режима и временного правительства.

Официальное непризнание не мешало нашим западным партнерам торговать с русскими. Это делалось через специальные кооперативы. Первой из капстран в торговые отношения вступила Англия. Премьер-министр Великобритании Ллойд Джордж к 1920-му году понял, что с СССР придется работать и стал продвигать подписание торгового соглашения. Фактически этим он признавал советскую власть в качестве законного правительства России. Соглашение было подписано 16 марта 1921 года. Стороны заявляли о возобновлении торговых сношений и обещали воздерживаться от любых враждебных действий или пропаганды. Фактически этот договор действовал до 1927 года, когда дипломатические отношения оказались полностью разорваны. Но об этом позже.

Соглашение с Великобританией, подписанное после долгих переговоров Ллойд Джорджем и Леонидом Красиным прорвало дипломатическую блокаду. В следующие два года последовала серия соглашений со странами Европы: Германией, Норвегией, Австрией, Италией, Швецией и Чехословакией.

Почему эти страны так явно торопились заключить соглашение? Дело в том, что после признания СССР со стороны Великобритании и Италии, советское правительство почувствовало укрепление позиций. Было объявлено, что права наибольшего благоприятствования в области торговли получат только те страны, которые признали СССР де юре до 15 февраля 1924 года. С Европой теперь уже можно было меньше церемониться. Тем более что самым желанным партнером для нашей страны оставались Штаты, которые пока пизнавать СССР не спешили.

 

Экспорт достиг дна и пошел вверх

Экономические войны - не новое изобретение. После окончания Первой мировой войны в конце 1918 года в России еще продолжалась война гражданская. Новая власть, казалось, еще может не устоять. Поэтому бывшие союзники по Антанте установили морскую блокаду, целью которой было свержение советской власти.

По сравнению с 1913 годом состояние внешней торговли в годах 1918 и 1919 было плохим и еще хуже. Можно сказать, экспорт в эти годы достиг своего дна. Санкции Антанты серьезно повлияли на внешнюю торговлю РСФСР: если в 1918 г. ее оборот составлял 88,9 млн руб., то в 1919 г. - 2,6 млн руб.

Блокада продлилась всего три месяца. К январю 1920 года союзники прислушались к аргументам британского премьер-министра Дэвида Ллойд Джорджа и сняли санкции. Однако объем советского экспорта за год вырос незначительно, составив в целом  менее 1% от экспорта 1913 года.

Красин позднее напишет, что в 20-е годы прошли под флагом борьбы "за самые элементарные торговые права, за саму возможность продавать за рубежом советские товары в условиях полного отсутствия какого-либо их сбыта". Снятая официально, по факту экономическая блокада продолжала действовать. Так,  многие иностранные банки и компании отказывались принимать советское золото в уплату за размещенные за границей заказы. Если же принимали, то по заниженной цене.  или принимали его по очень заниженной стоимости. Красин подсчитал, что "золотая блокада" стоила России не менее 25 млн рублей. Она продолжалась до тех пор, пока в марте 1921 года не было подписано англо-советскон торговое соглашение.

Но даже сама отмена морской блокады при всех сохранившихся сложностях дала большой рост объемов советской торговли. В 1920 году российский импорт составил на 22,5 миллионов больше, чем в предыдущем. Прежде всего мы завозили локомотивы, оборудование для всех отраслей промышленности, машины для сельского хозяйства. Большая часть техники приобреталась в Германии и Швеции.

Леонид Красин - первый нарком по внешней торговле

В Петербурге есть ледокол-музей, названный в честь первого Наркома по внешней торговле Леонида Красина. Сегодня уже мало кто помнит, чем именно занимался Красин, какие у него были взгляды и заслуги. Потомкам он больше известен как музей и ледокол.

kash2kras

Между тем этот человек был толковым инженером и к 1917 году одним из немногих большевиков, которые понимали, что такое современная промышленность и торговля. Обучение Красина по инженерной специальности прерывалось на годы ссылки за революционную деятельность, тем не менее он сделал хорошую карьеру. В начале века работал на предприятии известного купца и мецената Саввы Морозова. Слухи о возможно насильственной смерти которого также связаны с именем Красина. Впрочем, официальную версию о самоубийстве, после которого большевики через получили крупную сумму по его страховому полису, так никто и не опроверг. Также с помощью Красина к большевикам пришло огромное наследство мебельного фабриканта Николая Шмидта. Мутные были обе истории, но тут для участников цель оправдывала любые средства.

В 1913 году Красин стал генеральным представителем в России немецкого АО «Сименс и Шуккерт». В Первую мировую войну он закупал в Берлине детали для сборки машин и аппаратов военного назначения. По некоторым данным, Красин был причастен к не совсем законному экспорту немецких товаров в Россию через фирму Гельфанда-Парвуса для прикрытия масштабной финансовой поддержки большевистской революции.

Став наркомом по внешней торговле, Красин уже был не революционером, а хорошо устроенным техническим специалистом, очень прилично "упакованным" как сейчас бы сказали. Неудивительно, что он не был во всем согласен с линией партийного руководства. В его письмах жене встречаются слова о том, что "многое идет через пень-колоду", что "власть имущие делают, кажется, все возможное, чтобы все шло навыворот и кое-как", что "Россия, пережившая варягов, монгольское иго и Романовых, переживет и наркомфина, и стабилизацию рубля, и литвиновскую внешнюю политику".

 

Заграница нам поможет?

Однако роль в признании Советской России на международного арене Красин сыграл и немалую. Он ускорил признание СССР со стороны Великобритании и Франции. В 1920—1923 полпред и торгпред в Великобритании. В 1923 Красин стал первым наркомом внешней торговли СССР. С 1924 полпред во Франции, с 1925 — вновь в Великобритании. В 1922 участвовал в Генуэзской и Гаагской конференциях.

Судя по переписке с женой, с которой он был откровенен, Красин для большевиков был неким компромиссом. Ленин ценил его деловые качества. Сталина же Красин называл азиатом, имея в виду сочетание в нем выдержки, проницательности, коварства и жестокости. Тот его не очень жаловал, но при Сталине Красин уже работал недолго. В 1926 году он умер в Лондоне от паралича сердца, будучи советским полпредом в Великобритании.

  Нарком по внешней торговле прилагал все силы для восстановления и развития торговых отношений со странами Антанты. Иностранные инвестиции в экономику советской России Красин считал необходимыми. В то же время он понимал, что в правлении советских предприятий сидят люди, которые не пользуются авторитетом у потенциальных западных инвесторов. "Пока мы собственными силами, деньгами и мозгами не в состоянии справиться с восстановлением производства в этих жизненно важных отраслях промышленности нам не остается ничего иного, как призвать иностранный капитал, хотя бы пришлось ему здорово заплатить за науку", - писал Красин.

Еще одним сторонником получения западной помощи был тогдашний нарком иностранных дел Георгий Чичерин. В преддверии международной конференции в Генуэ, которая в итоге была по сути сорвана, он настаивал: России не обойтись без иностранного капитала.  "Главное –видимость благополучного исхода конференции, - считал Чичерин. - Если, наоборот, конференция продемонстрирует невозможность соглашения между нами и остальным миром и невозможность ведения с нами дел, это лишит нас займов и концессионеров. Мы идем на конференцию, потому что мы действительно не можем обойтись без иностранного капитала".

Заметная проблема тех лет в сближении с Европой - бюрократизм на местах. Например, российский постпред в Италии Воровский говорил о важности создания условий для эффективного использования западной помощи. Он писал: "необходимос упразднить разноголосицу между ведомствами, уничтожить убивающий все дело бюрократизм, обуздать самодурство на местах…, без этих коренных реформ сближение с Европой выродится в расхищение наших богатств иностранцами и в растрату полученных кредитов".

Американский трактор - идеальная машина для строителей коммунизма

Революция и война оборвали деловые связи с зарубежными партнерами. Новое правительство вовсю "грабит награбленное", национализирует собственность иностранных и российских компаний. В то же самое время правительство большевиков в 1919 году зондирует почву на предмет закупок техники в США и Европе. А для этого нужны связи и кредиты, нужны покупатели российского сырья.

Советская Россия нуждалась в партнерстве с государством технически развитым и наименее затронутым экономическим послевоенным кризисом. Таким партнером могли стать и стали Соединенные Штаты Америки. Нашим первым неофициальным торговым представителем в США стал инженер-коммунист Мартенс, когда-то высланный из царской России за революционную работу.

Почему советскую страну так интересовал именно Форд? Он был одним из крупных иностранных капиталистов, который не потерял в России своих инвестиций, так как не делал их ранее. Нам нужны были легкие и недорогие трактора фордзон, производство которых Форд развернул в 1918 году.

Советское коммерческоео бюро во главе с Мартенсом ведет переговоры с  секретарем Генри Форда. Первый итог - газета “Dearborn Independent”, принадлежащая Форду, публикует статью о том, что на рынок России может выйти небольшой маневренный трактор. Вскоре Мартенс пишет наркому Чичерину: “Нам удалось настолько заинтересовать его (директора завода в Детройте) вопросом об экспорте тракторов в советскую Россию, что он при нас же отправил в Государственный департамент в Вашингтон письмо, в котором он официально просил разрешение на вывоз тракторов в Россию”.

Мартенс хотел закупить сразу 10000 тракторов. Еще он рассчитывал убедить Форда построить в России завод по производству автомобилей и тракторов. Было обещано обучить в США несколько сотен русских для последующей работы на родине инструкторами.

Но была одна помеха, вроде бы несущественная: компания Форда (в лице сына главы корпорации) ранее уже заключила договор, по которому русский коммерсант Петр Батолин и его фирма "Стахеев и Ко" объявлялась единственным представителем Форда в России. По ряду причин у Батолина не получилось наладить деловые отношения с советской властью. Компания Стахеева приобрела в 1919-1920 годы 238 тракторов. Затем закупки прекратились и дальнейшая судьба самого Батолина остается до сих пор туманной. По некоторым данным ему удалось бежать в США и перевести капиталы.

У советского правительства было несколько смешанных посреднических компаний, через которые налаживались связи с зарубежными фирмами.  Одна из них - Народная торгово-финансовая корпорация (НТФК) - в конце 1920 года безуспешно пыталась договориться с Фордом о покупке 1000 легковых автомашин, грузовиков и шасси. Потребность в тракторах у сответской России оставалась очень большой. В условиях общей разрухи руководство страны было готово выделять деньги на крупные закупки у Форда. В то же время многим - по обе стороны океана - было ясно, что выгоднее строить заводы и делать трактора в России, чем постоянно покупать за рубежом.

kash4trak

Джулиус Хаммер (глава посреднической фирмы Аламерико, отец Арманда Хаммера)писал Генри Форду о том, что компании Форда выгоднее построить в СССР тракторный и автомобильный заводы, чем делать разовые поставки. Он видел, что советское правительство берет курс на сокращение импорта машинной техники и развитие своего производства. Дилер Форда напомнил главе компании, что тот сам говорил о планах строительства тракторного завода в России. Самым подходящим местом для строительства Хаммер считает Ростов-на-Дону.

В середине 20-х годов объем закупок техники Форда постоянно рос. Но только в 1925 году удалось получить что-то вроде кредита, - рассрочку на 10 месяцев при оплате последних 25% поставки 12000 фордзонов.

 

Коварно-денежные отношения, или экспорт революции не удался

История зарождающейся торговли молодого СССР с Западом это почти авантюрный роман. О любви. Одних - к прибыли, других - к победе мировой революции. В поисках бешеных барышей в Россию приезжали авантюристы. Они обещали большевикам золотые горы за право эксплуатировать природные ресурсы или вывозить за рубеж сырье. Козырряли огромным капиталом и связями на самом высоком уровне, а потом оказывались жуликами и проходимцами.  В общем, фон был такой, что тот же Арманд Хаммер (сын Джулиуса), с огромной наценкой продававший большевикам контрабандные лекарства из США, выглядел образцом порядочности.

Большевики далеко не сразу научились отделять торговлю от политики. Больше всего им хотелось экспортировать революцию. Но на этот товар спроса у западных партнеров не было. Тот же коммунист Мартенс пытался под видом торговли заниматься политикой. Это напрягало западных партнеров и создвало помехи для ведения дел.

Советское акционерное общество Аркос, созданное в 1920 году в Великобритании на советские деньги, тоже спонсировало английскую компартию. Среди менеджеров "Аркоса", приезжающих в Великобританию по делам фирмы, оказывалось много сотрудников ОГПУ, военной разведки и Коминтерна. В числе же британских сотрудников совместного предприятия также были коммунисты. Британская контрразведка зорко следила за делами "Аркоса", но закрыть английскую фирму, коммерческая деятельность которой не нарушала английских законов, власти не могли.

По такому же принципу большевики решили работать в США: поддержка компартии под видом бизнеса. Так появился филиал  "Аркоса" — "Аркос-Америка". Однако вышло иначе: американская организация начала нормально заниматься бизнесом. Они успешно наладили торговлю между Англией и США. К 1923 году оборот "Аркос-Америка" составл более  $1 млн, и это не радовало советское руководство. Стране советов для восстановления после гражданской войны позарез нужны были американские машины, станки и оборудование. Решать проблемы за океан отправили Исайю Хургина, человека умного и в торговых делах опытного.

Хургин  быстро на месте разобрался в ситуации и пришел в ужас. Он докладывает в Москву: "Это черт знает что такое! В списке кредиторов — К. Маркс и Ф. Энгельс на 9 долларов с копейками. Мы этим господам обязаны несколько большим! В списке дебеторов — газета "Новое русское слово". Кто взял у этих сукиных сынов вексель? В конце концов, почему дебет с кредитом не сходится?"

На тот момент в США действуют - не слишком успешно - две организации по торговле с СССР: "Продекско" и "Аркос". Хургин называет их неэффективными, а задачу налаживания торговли с США более важной чем когда-либо раньше. Его предложение - создать новую коммерческую организацию с капиталом не менее миллиона долларов. Такой фирмой и стал вскоре "Амторг", поглотивший "Продекско" и "Аркос". Как пишет Хургин в том же докладе: "Разумеется, что подобное предприятие должно находиться в непосредственном подчинении НКВТ (Наркомат внешней торговли) и в прямой связи с нашими торговыми органами внутри Союза. Никаких промежуточных инстанций в смысле регулирования коммерческой деятельности этого предприятия совершенно не нужно, и ничем иным, как тормозом к развитию деятельности, они послужить не могут".

Хургин, математик и астроном по образованию, оказался талантливым организатором. При Амторге, где он стал председателем правления, открыли издательство, выпускавшее каталог советских товаров. В свою очередь в СССР выходил каталог с предложениями фирм США. За размещение информации американцы платили деньги, которых хватало на организацию работы "Амторга".

Обороты "Амторга" постоянно росли. Они были бы еще выше, но кредиты нам давали с большим скрипом и под огромные проценты. А все потому что американские банки продолжали мечтать о возврате долгов за национализированную собственность. В 1925 году при загадочных обстоятельствах Исайя Хургин погибает. Историки считают, дело было не в нем, - он оказался не в том месте и не в той компании. Утонул на лодке вместе с соратником Троцкого Эфраимом Склянским, которого Сталин назначил незадолго до этого председателем Амторга.

После гибели Хургина и Склянского председателем правления "Амторга" назначен Алексей Пригарин. В 1926 году он докладывал в Москву, что кредитов всего получено на 18 миллионов долларов. Их было бы больше, но нет, например, работников, владеющих английским языком. Еще одна проблема, на которую указывает Пригарин, продажа советских векселей под высокий процент - до 35%. В таких условиях банкам невыгодно давать кредиты, когда они могут на наших же долговых обязательствах в Европе заработать намного больше.

Продолжение следует...

 

 
Партнеры:
Loading...
Похожие материалы