Экономика

Мовчан: Надо перестать издеваться над бизнесом и подружиться со всем миром

О ситуации в российской экономике и возможных выходах из кризиса рассказал в интервью ПРОВЭД руководитель экономических программ Московского центра «Карнеги» Андрей Мовчан.

 


– Андрей Андреевич, в двух словах – как выглядит сейчас ситуация в российской экономике?

– Мы находимся в ситуации, когда не нефтяная экономика падает пятый год подряд, когда доходы домохозяйств продолжают сокращаться, когда сокращается объем не нефтяного экспорта-импорта. Мы разрываем внешние связи, у нас рушатся технологии, а мы даже не в состоянии воспроизвести старые технологические цепочки.

При этом правительство не делает ровно ничего. Нельзя сказать, что оно не могло бы создать ситуации хуже – наверное, могло бы. Но оно ничего не делает.

 

– Это не помешало академикам РАН выступить с докладом о том, что грядет увеличение темпа роста ВВП России в размере 5% в год, начиная с 2020-ого года.

– Я не знаю, как сегодня можно делать такие прогнозы на 2020-й год. Это какая-то худшая форма демагогической спекуляции с целью понравиться начальству. Я даже не могу как-то более мягко выразиться на этот счет.

 

– Что же нужно для роста российской экономики?

– Нужны три простые вещи: чтобы уменьшались риски, уменьшалась себестоимость и росла маржа. Уменьшение рисков – в большой степени в руках государства. Нужно перестать издеваться над бизнесом, перестать монополизировать всю экономику, прекратить удерживать коррупциогенность среды на таком уровне. Надо изменить законодательство, нормально открыть границы, перестать воевать со всем миром и так далее.

Для того, чтобы снизить себестоимость, надо резко снизить регулирование, этот наш главный козырь в области себестоимости, там, где мы можем что-то сделать.

Повышение маржи на продукцию связано с тем, что композиция продуктов должна формироваться рынком, а не указами государства, поскольку государство не понимает, что надо делать, да и не должно понимать – это не его работа. Нужны крупные инвестиции, дружба со всем миром, технологические цепочки должны строиться. Необходимо дать нашему бизнесу возможность спокойно работать во внешней сфере. Убрать валютный контроль, например, как часть тяжелого процесса регулирования… Это тема для огромной статьи или даже серии лекций, говорить можно долго.

 

– Что вас больше всего огорчило в экономической политике страны в 2017 году?

– Что могло меня огорчить или не огорчить, если ничего не делается? Правительство сидит на том, что есть, и разглагольствует о том, что все у нас стабильно.

Меня огорчает огромное количество разных вещей. Огорчают, например, системные сделки по акциям «Роснефти» – уже вторая намечается. Огорчают решения по спору «Роснефть» – АФК «Система». Огорчает, что ничего не делается в области защиты прав бизнеса и в области защиты собственности.

Меня огорчает, что усиливается зависимость регионов – через административную форму замены губернаторов.

То, что происходит в политической сфере, также огорчает: готовятся очередные фейковые выборы, такое шоу кандидатов – и это вместо того, чтобы просто дать людям возможность проголосовать, за что они хотят. При том, что мы все прекрасно знаем, что люди хотят проголосовать за действующего президента. То есть даже опасности никакой нет.

Меня огорчает так много, что я даже не знаю, что из этого выбрать.

 

– Считается, что в стране замедлилась инфляция. Подается как некий позитив. Это так?

– Инфляция замедлилась, потому что спрос упал. У населения как не было денег, так и нет. В условиях удешевления производства, которое обладает избыточными мощностями, производители не могут продать весь товар и вынуждены сдерживать рост цен. Цены не могут расти, поэтому упала инфляция.

Я бы не стал к этому относиться, как к позитиву. Вообще при ставке рефинансирования 8,5% иметь инфляцию в 3% – это нонсенс. Куда деваются еще 5,5%? Загадка! Во всех нормальных странах ставка рефинансирования ниже инфляции, для того, чтобы давать бизнесу возможность брать деньги. У нас наоборот.

В банковской сфере у нас наступает такая «стабильность мертвого поля». Банки умирают один за другим, государство их просто рефинансирует, и все. Частная банковская сфера практически полностью разрушена, осталось буквально несколько хороших банков.

 

– А что можно счесть хорошим явлением?

– Хорошо, что нефть подросла. Это дает нам возможность жить. Хорошо также то, что резервы растут. Монетарная система управления рынками, когда цены определяются в основном рынком, и свободное движение капитала через границу приносят свои плоды. Это дает возможность нам не банкротиться и существовать как стране. И некоторое время мы еще продержимся. Это хорошо.

 

– Коль скоро мы вспомнили нефть: недавно господин Сечин очень убедительно рассказал, что нефть останется основой мировой энергетики еще на два-три десятилетия, не уступит другим энергоносителям.

– Игорь Иванович не очень хорошо разбирается в рыночной экономике. В рыночной экономике важна ценовая конкуренция. Нефть ровно настолько уступает или не уступает другим энергоносителем, насколько падает ее цена. Цена на нефть была 120 долларов за баррель, сейчас – меньше 50. То есть нефть очень серьезно «уступила». Дальше, когда будут развиваться альтернативные источники энергии, она будет стоить 40, потом 30 долларов за баррель. Это и есть процесс «уступания», хотя при этом нефти будет продаваться много.

Альтернативные источники энергии, действительно, не очень интересны. Почему? Потому что нефти много, и она может торговаться дешевле в случае, если у вас есть конкурентные источники энергии. И в этом смысле, конечно, нефть еще долго будет добываться и использоваться. Другое дело, что такой дорогой, как раньше, она уже никогда не будет, это очевидно.

 

– Ваш прогноз по ценам на нефть?

– Предполагаю, что со временем нефть будет стоить дешевле, чем сейчас. Возврата к высоким ценам нет. И что самое главное, о чем Игорь Иванович не говорит: у его собственной «Роснефти» резко увеличилась стоимость нефтедобычи. Так что цены на нефть, может быть, какое-то время и будут сохраняться, а вот прибыльность «Роснефти» будет падать и дальше.

 

– Что необходимо сделать, чтобы начала расти российская экономика? Что было бы правильным?

– Можно составить список примерно из 200 пунктов, и все из них были бы правильными. Меньше 200 не получится. Вообще сам разговор о правильных мерах – уже профанация. Мы же имеем дело с серьезными процессами, с огромным пространством очень сложных законов.

Правильно было бы написать хорошую программу с привлечением хороших иностранных специалистов, а не так, как это у нас делается, – на левой коленке. И впоследствии эту программу полностью выполнить.

 

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Похожие материалы