Экономика

Югра и ЯНАО сорвали планы по диверсификации экспорта

Попытки Ханты-Мансийского автономного округа (ХМАО) и Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО) диверсифицировать статьи экспорта зашли в тупик. Еще несколько лет назад в Югре обозначали стратегическую цель достичь отметки в 5% для доли несырьевого экспорта от общего объема поставок продукции за рубеж. Однако к настоящему моменту никаких реальных подвижек не произошло. Экспорт продукции лесопереработки, дикоросов, ценных пород рыбы по итогам 2017 года едва достигает 1%, при этом позитивной динамики не наблюдается. Малый и средний бизнес, на который делают ставку во властных структурах, жалуется на многочисленные проблемы, препятствующие выходу на внешние рынки, а компании, потенциально способные занять нишу, испытывают хронические финансовые проблемы. На территории соседнего ЯНАО ситуация не лучше.

 


С наступлением кризиса в российской экономике в 2014 году власти российских регионов вынужденно задумались о диверсификации экспортных потоков. С падением цен на углеводороды, сжиманием рынков сбыта и сокращением нефтедобычи вопрос приобрел особенное значение для ХМАО и ЯНАО – основных поставщиков углеводородов. О необходимости поддержки экспортно ориентированных предприятий других отраслей экономики неоднократно говорила губернатор Югры Наталья Комарова, а в профильных структурах правительства в качестве стратегической задачи называли достижение 5-процентной отметки несырьевого экспорта в общем объеме.

В частности, в конце 2016 года директор Департамента экономического развития Югры Павел Сидоров сообщил о постепенном росте доли несырьевого экспорта, хотя и заметил, что регион «находится в начале пути». Опираясь на статистику, согласно которой в 2016 году предприятия округа заключили 19 внешнеторговых контрактов на поставки продукции лесопрома, АПК и IT-технологий, главный экономист Югры предположил, что результаты будут улучшаться год от года за счет «эффективных мер господдержки», развития индустриальных парков и работы специализированных фондов.

Тем не менее по итогам прошедшего года о каком-либо прогрессе говорить не приходится. По данным представителей Фонда «Центр поддержки экспорта Югры», доля несырьевого экспорта в общем объеме экспорта Ханты-Мансийского автономного округа – Югры – составляет 1%. 

– Динамики изменения за последние два года не наблюдается. Среди несырьевого экспорта лидирующие позиции занимают отрасли лесопромышленного комплекса (пиломатериалы), агропромышленного комплекса (дикоросы) и инновационной сферы. Среди предприятий лесопромышленного комплекса в списке лидеров находится ООО «Лесопромышленный комбинат «Хольц», лидер среди дикоросов – ООО «Регион-К», а в инновационной сфере – производитель цифровых фольгираторов foil print 106 ООО «Виршке», – проинформировала главный специалист отдела координации внешних связей Центра поддержки экспорта Югры Инна Маямсина.

В соседнем ЯНАО ситуация выглядит еще более тупиковой. Основным экспортным ресурсом, способным заинтересовать зарубежных партнеров, кроме природного газа, являются продукты оленеводства. Однако общая доля поставок оленьего мяса и пантов и ранее в общем объеме выглядела смехотворно малой – доли процента, а после вспышки сибирской язвы в 2016 году европейские компании и вовсе стали относиться к продукции из неблагополучного региона крайне настороженно. Губернатор арктической автономии Дмитрий Кобылкин при этом заметил, что рынок пант – ценного фармацевтического продукта, оцениваемый в 2,5 млрд рублей, – «ушел в тень».

Тем временем в официальных отчетах Ханты-Мансийской таможни из года в год указывается, что основной объем несырьевых экспортных поставок «приходится на предприятия лесоперерабатывающей отрасли», однако при этом умалчивается их доля. Сами производители говорят о целом комплексе причин, не позволяющих уверенно чувствовать себя на внешних рынках.

– Во-первых, в этом году значительно поднялась стоимость доставки товаров до получателя – железнодорожные тарифы, услуги собственников вагонов. Рост до 100%. Колебания на валютном рынке также сказываются. В итоге в месяц грузим на экспорт 4 вагона продукции. В 2017 году тоже было немного. В 2015 году объемы поставок были в разы больше. Плюс сказывается наше местоположение. Если сравнивать с другими производителями МДФ-плиты из центральной России, Томска, Омска – им значительно ближе до рынков сбыта. К примеру, можно было бы поставлять товар в Иран, но здесь главный конкурент Белоруссия, которой РФ фактически «обеспечивает» льготный режим. Выходит так, что у них поставка до Астрахани обходится гораздо дешевле. Плюс они могут возить машинами, а у нас с этим проблемы, как и в целом с логистической доступностью, – рассказал изданию Александр Худяков, генеральный директор югорского «Завода МДФ», расположенного в Кондинском районе.

Отметим, пребывающее в сложном финансовом положении предприятие лесообрабатывающей отрасли нуждается в капитальной модернизации оборудования. По оценкам экспертов, озвученным в середине 2017 года, на эти цели требуется не менее 300 млн рублей. Детальный анализ требуемых трат обещали предоставить в окружном департаменте промышленности. Пока же один из потенциальных лидеров несырьевого сектора экспорта вынужден заниматься не экспансией на новые зарубежные рынки, а поиском средств на выплаты зарплат персоналу, с которыми в 2017 году неоднократно возникали перебои. Нарушения трудового законодательства вызывали пристальный интерес прокуратуры.

Между тем декларируемые руководителями регионов планы диверсификации экспортного потенциала обсуждают и в политологическом сообществе. Эксперты считают, что заявления руководителей о «благотворном влиянии западных санкций на российскую экономику» и импульсах для развития различных сфер бизнеса зачастую не соответствуют действительности.

– Я бы воздержался от оптимистических утверждений, что экономика в стране поднялась с колен. Это оптимизм Орешкина (Максим Орешкин – министр экономического развития РФ – прим. ред.), а также многих ангажированных экспертов и депутатов Госдумы. Я бы так радужно последствия санкций не оценивал. Все намного сложнее. Буквально недавно Орешкин, выступая на Правительственном часе, ратовал за отказ от какого-либо планирования в экономике. И, само собой, люди с какими-либо инициативами начинают задумываться, будут ли их разработки запущены в действие. А проекты, в том числе в контексте диверсификации, у бизнеса есть. Что касается Югры, исходя из общей экономической политики, вряд ли в ближайшие десятилетия сможет реально измениться соотношение доходов от нефтяного экспорта к доходам от других отраслей. Ситуация усугубляется сокращением доходов от нефтедобычи. И еще один фактор – налоговая политика государства в диапазоне от бензина до ценной рыбы. Сейчас мы наблюдаем, что экономические «монстры» работают исключительно на увеличение собственного частного капитала, и меньше всего обращают внимание на тех, кто обеспечивает им его рост, – полагает политолог Анатолий Корнеев.

Отметим, сейчас в планах Центра поддержки экспорта Югры на 2018 год значатся лишь приглашения предпринимателей региона на несколько выставок в Узбекистане, Казахстане и Москве, при этом информации об организации отраслевых бизнес-миссий, которые, как правило, и приводят к заключению контрактов, нет. Об активности аналогичной структуры в ЯНАО говорит тот факт, что последнее сообщение на официальном сайте датировано декабрем и касается федеральной повестки. В списке экспортеров ЯНАО числятся 7 предприятий и индивидуальных предпринимателей, ни один из которых не обладает актуальным зарубежным рынком сбыта.

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Загрузка...
Похожие материалы