Общество

Эмиграционный кейс от Латвии и Литвы для России

Литва и Латвия стали примером любопытного экономического и социального кейса. Латыши и литовцы покидают свою страну и перебираются в другие страны Европы. Не сказать, чтобы очень высокими, но достаточно устойчивыми темпами. Почему так происходит, и что их опыт может означать для России? Рассказывает экономист Дмитрий Прокофьев.

 


Людей все меньше

В момент распада СССР население Латвии составляло 2,7 миллиона человек. Через 20 лет во время переписи населения выяснилось, что в стране присутствует всего 1,9 миллиона. При этом, согласно подсчету естественной убыли населения, в Латвии должно было проживать минимум на четыреста тысяч человек больше. Понятно, что эти четыреста тысяч никуда не «потерялись». Просто они уехали. И в абсолютном большинстве – на заработки в Западную Европу.

Получается, что уехала как минимум четверть экономически активного населения страны. С соответствующими последствиями для потребительского рынка, налогооблагаемой базы, пенсионной системы, поскольку основная масса эмигрантов – это люди трудоспособного возраста. Если для наглядности перевести такую пропорцию на Россию, то получится, что в Российской Федерации проживает не 140, а в лучшем случае 110 миллионов человек.

Похожую картину можно наблюдать и в Литве. Если в 1991 году в республике проживало 3,7 миллиона человек, то сейчас литовское население не превышает 2,9 миллиона. Причина та же – переезд людей в другие страны Европы. Ежегодно Литву покидает в среднем около 50 тысяч человек.

При этом обе республики в первую очередь покидает молодежь. За последние 10 лет численность населения в возрастной группе «до 30-ти» и в Литве, и в Латвии сократилась примерно на 20%. В то же время численность населения в группе «старше 65» выросла на 3%. Пенсионеры составляют в Латвии более четверти населения – как и в Германии. Только уровень благосостояния немцев и латышей несопоставим.

Больше стариков – больше нагрузка на пенсионную систему, больше нагрузка на пенсионную систему – больше налогов на молодых, молодые уезжают – нагрузка увеличивается на тех, кто остался. Получается прямо-таки система с негативной обратной связью, каждый цикл которой оказывается хуже по отношению к предыдущему.

 

Успех в экономике не помогает

Самое обидное для властей Латвии и Литвы заключается в том, что удержать молодежь от переезда в Европу не помогают никакие экономические достижения. А эти достижения есть на самом деле. Экономики обеих стран растут в интервале от 3 до 5% в год.

В этих странах вполне приличные условия для бизнеса. Рейтинг Doing Business ставит Латвию на 14-е место, между Финляндией и Австралией, а Литву – на 21-е, между Исландией и Канадой. Низкий уровень коррупции: Corruption Perceptions Index помещает Литву и Латвию в пятый десяток стран по «уровню восприятия коррупции» вместе с Чехией, Грузией и Испанией. Для сравнения, Россия находится в четырнадцатом десятке вместе с Нигерией и Гватемалой. В Индексе Экономической свободы из 178 стран Литва стоит на 15-м месте, после США, а Латвия – на 28-м месте, после Южной Кореи. В том же рейтинге Россия находится на 107-м месте, после Таджикистана. В Риге и Вильнюсе – компетентные чиновники и министры. Инфляция не превышает 3% в год. И даже уровень безработицы снижается в последние годы. Но молодежь все равно уезжает.

И дело здесь не только в темпах увеличения экономики. И даже не в экономике вообще. Польша в последнее 20 лет демонстрирует какие-то китайские темпы роста, 7-8% ежегодно, однако поляки тоже уезжают. Примерно по 70 тысяч человек в год. За четверть века Польшу покинуло примерно 2 миллиона человек. Население Польши значительно больше, чем в Литве и Латвии, поэтому никакого обезлюдения там не заметно, но тренд очевиден.

 

Все «в Москву»

Главная причина заключается в том, что в условиях открытых европейских границ эмиграция в Европу оказывается для молодых и энергичных латышей и литовцев совершенно объективным выбором. Точно так же, как фактическая эмиграция «в Москву» есть объективный выбор для россиян из Кемерово, Хабаровска, Пензы и так далее.

Проблема здесь не только в «европейском» уровне зарплат, которого Литва и Латвия не смогут достичь никогда. Почему не смогут? Потому что вся существующая экономическая модель Восточной Европы строится на том, что заработки в этих странах должны быть ниже западноевропейских – иначе у европейских (и транснациональных) корпораций не будет мотивации к инвестициям. А местный предпринимательский слой и имеющийся у него капитал недостаточны, чтобы создать в этих странах что-то грандиозное.

Но дело не только в зарплатах. Молодому, перспективному и энергичному провинциалу из Латвии или Литвы нет большого смысла строить бизнес-карьеру в столице собственной страны. Лондон в этом смысле предоставляет куда больше возможностей, а перспективы и доходы выше.

Есть очень много бизнесов, развитие которых требует некой гарантированной численности потенциальных клиентов. Например, транспорт. Нет смысла строить железную дорогу там, где она не обеспечит минимального уровня пассажиропотока. И в Прибалтике нет смысла в строительстве железных или автомобильных дорог – по ним некому особенно ездить. Плотность населения в этих странах достаточно низкая. Как заметил главный редактор журнала Reitingai Гинтарас Сарафинас, анализируя динамику изменения численности учащихся в литовских школах, в некоторых районах страны формируются настоящие «демографические пустыни», плотность населения которых составляет от двух до пяти жителей на квадратный километр. Для понимания, такую же плотность населения можно видеть в степях Монголии.

 

Выгодное отличие

«Индекс человеческого развития» определяет «потенциал человеческого капитала» Литвы и Латвии как «очень высокий». В этом рейтинге Литва занимает 37-е место, а Латвия – 44-е. Это выше, чем в Аргентине или России. Молодой латыш или литовец, потенциальный эмигрант, вполне адаптирован к жизни в западноевропейском обществе. Он, условно говоря, привык, что улицу надо переходить на зеленый свет, и его не раздражает, что общественный транспорт стоит дорого. И диплом Латвийского университета без разговоров признают в любой европейской стране. А Вильнюсский университет вообще входит в ТОП-500 мировых университетов, единственный ВУЗ из балтийских стран.

И языковой барьер для литовца и латыша не представляет серьезной проблемы.  Кроме того, молодежь из прибалтийских стран, которая едет «на Запад», с точки зрения тамошних работодателей выгодно отличается и от местного трудового контингента, и от пришельцев из Африки и Арабского Востока. Латыши или литовцы, прибывающие «на работу в Европу», в основной массе знают языки, мотивированы на карьеру, неплохо образованы, интегрированы в европейскую культуру. Почему бы не взять такого на работу? Почему бы не попытать силы в Европе, рассуждают, в свою очередь, молодые люди в Вильнюсе и в Риге. В конце концов, прибалтийский эмигрант понимает: если что-то пойдет не так, всегда можно будет вернуться обратно.

 

Важные обстоятельства

Кроме того, у прибалтийской эмиграции в Европу есть и два важных сопутствующих обстоятельства, про которые обычно забывают, когда начинают сокрушаться о депопуляции в Латвии и Литве. На рубеже XXI века безработица в этих странах, бывало, доходила до 20%, но с тех пор снизилась вдвое и «расти» не собирается. Причина лежит на поверхности – безработные уехали в Европу и нашли себе занятие там. А потенциальные безработные, кому Европа оказалась «не по зубам», кому не хватило энергии, образования или квалификации для отъезда, заняли вакансии, открывшиеся после тех, кто уехал.

И еще. Валютные переводы из-за границы вполне сопоставимы с некоторыми статьями экспорта прибалтийских стран. В Латвии и Литве сумма таких переводов, по официальным данным, достигает 5% ВВП.

Почему история прибалтийской эмиграции может быть актуальна для России? Хотя бы потому, что из нашей страны тоже уезжают, причем быстрыми темпами. По данным Росстата, в 2009-2011 годах, во время экономического кризиса, страну в год покидало от 30 до 40 тысяч человек. В 2012 году поток эмигрантов сразу вырос втрое, достигнув 120 тысяч человек. А в 2014 году отток населения увеличился еще в три раза, и сейчас Российскую Федерацию ежегодно покидает треть миллиона человек. В первую очередь уезжает молодежь или люди с предпринимательской жилкой – те, кого так не хватает России. В том же рейтинге «Forbes30», который оценивает перспективы молодых бизнесменов, есть четверо выходцев из нашей страны.

В этой ситуации ненависть, которую российская пропаганда демонстрирует по отношению к нашим восточно-европейским соседям, не кажется такой уж нерациональной. Представляете, что могло бы быть, если бы у российской молодежи не было языковых, культурных и психологических барьеров для отъезда в другие страны? Тут не триста тысяч могло бы уехать.

История с эмиграцией из Литвы и Латвии свидетельствует о появлении в мире небывалого ранее демографического и социального тренда. Если раньше «без населения» могли остаться какие-то поселки и даже территории, то сейчас речь начинает идти о целых странах. Причем даже ответственная экономическая политика властей и локальный экономический рост не могут остановить «исход» граждан, при этом исход этот касается самых активных и энергичных жителей. Конкуренция приобретает поистине глобальный характер, и чем дальше, тем больше люди будут выбирать для себя не только профессию, но и страну, где они могут реализовать свои возможности. Страны-победители получат «лучший» человеческий капитал, а остальным достанется то, что останется.

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры:
Загрузка...