Общество

Владельцы «золотой земли» в центре Ростова-на-Дону могут получить за нее копейки

Решение о порядке выдачи компенсаций на жилье и землю пострадавшим в массовом пожаре 21 августа затягивается, люди находятся в информационном вакууме. Поэтому погорельцы Театрального спуска подготовили открытое письмо губернатору, в котором выдвинули свои требования.


Власти молчат — страсти нарастают

— Заксобрание переносится, и депутаты сами не знают, что делать. А дома уже строятся на месте сгоревших. Неужели властям неизвестно, кто строит и кто заинтересован в этом поджоге? Вся эта история коррумпирована с самого начала. Людей держат за тупое быдло, а они не быдло, а нормальные люди, которые жили в центре города и знают, что у них было дорогое имущество. Еще немного, и они не вытерпят, выйдут и будут готовы на все, потому что у них не осталось ничего, − передала эмоции погорельцев активистка инициативной группы Наталья.

Напомним, региональные власти решили отказаться от жилищных сертификатов. Вместо них предоставят пострадавшим субсидию, которая будет рассчитываться исходя из соцнормы: 33 квадратных метра на человека, стоимость одного метра — 46,7 тысячи рублей.

Депутаты разрабатывают областной закон, который утвердит такой порядок. Если он будет одобрен правительством РФ, субсидии сможет получить 361 человек, а 188 предстоит доказать, что они проживали в сгоревшем районе постоянно и не имели в собственности другое жилье.

Однако принятие законопроекта неоднократно продлевается, и погорельцы не уверены, что решение успеют принять, как обещалось ранее, к декабрю.

 

Письмо — первый открытый акт недоверия

Обращение к главе региона состоит из 8 пунктов, начинается с информационных требований. Пункт №1: «Предоставить информацию о количестве выданных средств правительством РФ и из бюджета Ростовской области на нужды пострадавших... с уточнением количества претендентов на кв. м». №2: «Обнародовать информацию о добровольных пожертвованиях...».

Остальные касаются проблем получения субсидий на приобретение нового жилья, условий выкупа земель для муниципальных нужд и возможности восстановления сгоревших домовладений.

«В случае, когда собственник желает восстановить жилье на прежнем месте, он получает компенсацию на строительство... Препятствие со стороны администрации недопустимо... Хозяин участка вправе отказаться от продажи земли.., вправе взять ее в ренту себе и будущим потомкам... Люди, которые имели дополнительное жилье на момент пожара с правом собственности на сгоревшее жилье, должны иметь такие же права на получение субсидируемых средств, как и остальные пострадавшие», − таковы основные требования.

 

Как «прессовали» погорельцев

Межведомственная комиссия признала непригодными 163 жилые постройки из 250 пострадавших на пожаре. Власти Ростова сделали все, чтобы освободить землю на Театральном спуске. По словам погорельцев, сотрудники администрации убеждали подписать заявления даже тех, у кого дома пострадали несущественно.

— У нас дедушка живет, погорелец, у него нет родственников, он слепой, инвалид, мы его приютили, − рассказала Ирина Извекова. − Его дом целый, можно было бы восстановить, но написали, что он не подлежит восстановлению. На мою просьбу предоставить замеры, культурно послали к юристу. За нами женщина живет, у нее сгорели только хозпостройки, ей тоже написали, что жилье непригодно для проживания.

Большинство пострадавших хотели отремонтировать свои дома и жить в них дальше. Однако городские власти лишили их такой возможности, буквально вынуждая, где угрозами, где уговорами подписывать заявления. К ним приходили и вели «беседы», их приглашали в райадминистрацию группами и по одному и обрабатывали. Значительная часть погорельцев поддалась давлению, так как боялись, что их лишат денежной компенсации, и лишь единицы отказались.

 

Решение жилищного вопроса − издевательство

Многим пришлось доказывать легитимность своих прав через суды. Как сообщало областное правительство, чтобы доказать факт постоянного проживания в пострадавшем от огня доме, более 100 человек обратились с исками. 74 удовлетворены судом, более 20-ти еще рассматриваются.

В числе тех, кто прошел через это горнило, мать троих детей Елена Козикина. А точнее, ее гражданский муж, который доказывал через суд, что жил в сгоревшем доме, приводил для этого соседей, других свидетелей. Из-за этого он не получил даже единовременную выплату в 35 тысяч рублей. Сейчас семья живет на съемной квартире и не знает, сможет ли когда-нибудь переселиться в собственную.

— У всех суммы компенсаций за жилье разные, у кого 1,6 млн, у кого больше 2 млн, − рассказала ростовчанка Елена Козикина. − Это зависит от количества кв. метров и того, сколько человек именно проживали там, а не просто были прописаны. Но все суммы меньше коммерческой стоимости. В новостройках, которые возводятся рядом, квадратный метр стоит 70-80 тысяч, нам дают 46,7 тысяч за кв. м. Понятно, что у нас не новостройки, у кого-то были совсем старенькие домики, а у кого и вполне приличные, и стоили прилично.

Еще каверза, придуманная местными властями: субсидии на жилье собираются не переводить на счет каждого пострадавшего, а выдавать под конкретную сделку. То есть, надо найти продавца квартиры, оформить документы, тогда ему перечислят эти средства. И то не сразу, кто говорит, через неделю, кто − через месяц после заключения договора. Погорельцы считают, что никто не захочет иметь с ними дело — платить большой налог и ждать деньги месяц. И еще: все сделки заключают риэлторы, они хотят свой процент, который не предусмотрен.

Кроме того, погорельцев ограничат сроком на приобретение жилья. Пока называют три месяца. Если они не смогут за это время найти себе подходящее, деньги останутся в горбюджете. Если квартира окажется дешевле полагающейся компенсации, остаток тоже отойдет городу.

— Получится, что хоть 46 тысяч за кв м. дадут, хоть 70 — мы одинаково не сможем ничего получить. Может, мне надо ремонт сделать или купить мебель, у нас ведь ничего не осталось, ни тарелки, ни кастрюли. Почему нам не дают распорядиться деньгами по своему желанию? − недоумевает Елена Козикина.

Погорельцы говорят, что у них ощущение, будто власти специально придумывают сложности, чтобы не дать им получить деньги, а оставить как можно больше в бюджете. Людям же объясняют, что таким образом предупреждают возможные нецелевые траты. «Нам жить негде, а мы пойдем прогуливать и проматывать?» − с сарказмом комментируют они.

 

Что будет с землей, тоже неясно

Решено только одно: на прежнем месте строить новые дома не будут, по словам главы городской администрации Виталия Кушнарева, «территория не предполагает застройки». Земельные участки под сгоревшими домами станут муниципальными, их будут выкупать в добровольно-принудительном порядке. Ни о порядке процедуры, ни о цене пока речь никто не вел. А ведь это самое важное — земля на Театральном спуске «золотая».

Елены Козикина потеряла в пожаре не просто квартиру, а благоустроенное частное домовладение — 81 кв. м жилья, газифицированного, с водой и участок в 5 соток. Незадолго до пожара они провели новую электропроводку, заменили газовый котел, сделали пристройку.

— Работали по ночам, куда-то не поехали, что-то не купили из-за этого. Во дворе мы использовали каждый сантиметр: там была мастерская, летний душ, хозяйственные помещения, детский бассейн, беседка, деревья-кустарники, виноградник, выращивали овощи для детей. Все это требовало вложений, ухода, труда. Мне до сих пор снится, что я во дворе что-то делаю, − вспоминает женщина.

Людям обещали компенсацию за землю по рыночной цене, но они уверены, что и в этом вопросе придумают ограничения. Сотрудники администрации в неофициальных разговорах говорят, что они получат копейки. Некоторым уже дали кадастровую оценку — она существенно меньше, чем была несколько лет назад, хотя должно быть наоборот. Плохо и то, что компенсации за жилье и за землю будут давать в разное время, это значит, что не получится объединить деньги, чтобы купить то, что хочется.

 

Понравился материал? Поддержи ПРОВЭД!

 
Партнеры: